<-- header__menu -->

Поминовение усопших.

Поминовение православного христианина.

Дата публикации  Количество просмотров
“...Прошу всех и молю: нелрестанно о мне молитеся
Христу Богу, да не низведен буду по грехом моим на
место мучения, но да вчинит мя, идеже свет животный”.
(Стихира на отпевании, поемая во время целования умершего)

Связь и общение живых с умершими

После смерти любого из наших присных (близких), как бы ни был такой человек близок к нам в здешней жизни, для нас уже решительно порваны всякие нити или узы нынешних чувственных (осязаемых) связей с ним. Смертью утверждается между живыми и умершими великая пропасть, разобщающая между собой тех и других. Но она разобщает их только физически, а не духовно: духовная связь и общение не прекращаются и не прерываются между продолжающими жить в этом мире и переселившимися в мир Загробный.

“Живем ли, – говорит апостол Павел, – для Господа живем; умираем ли – для Господа умираем; и потому, живем ли или умираем, – всегда Господни” (Рим. 14, 8). Бог Авраама, Бог Исаака, Бог Иакова “не есть Бог мертвых, но живых, ибо у Него все живы” (Лк. 20, 38).

Все верующие составляют одно духовно-нравственное Царство Божие, одно духовное тело – Церковь, Главой которой является Господь Иисус Христос (Еф. 1, 23; Кол. 1, 18). Итак, основанием связи и общения живых с умершими есть Господь наш Иисус Христос и Его вседейственная благодать. Единый Бог, перед Лицом Которого все живы, есть Творец, Царь, Отец и Спаситель душ, как пребывающих еще на земле в своих телах, так и разрешившихся от уз плоти и находящихся в Загробном мире.

Вера и любовь – вот те духовные узы, которые соединяют живых с умершими. Вера соединяет настоящее с будущим, видимое с невидимым. Вера соединяет человека с Невидимым Богом, с Невидимым Ангельским миром и с переселившимися в Невидимый мир братиями его. Любовь, соединяющая нас здесь на земле, часто до готовности жертвовать жизнью за любимое лицо, продолжается и за гробом. Любовь никогда не перестает (1 Кор. 13, 8). А проявлением или плодом любви является живое сочувствие, принятие к сердцу (того или иного – физического или духовного. – Ред.) состояния ближнего.

Если душа не потеряла Божественной любви, то где бы она ни была, – за гробом или еще в теле и на земле, она не может не принимать живого, деятельного участия в состоянии душ, ей близких, где бы они ни находились. При этом условии умершие сочувствуют живым и живые должны сочувствовать умершим. Живые и умершие, как члены одного духовного Тела Христова, находятся во взаимном между собой сочувствии: “Страдает ли один член, страдают с ним все члены; славится ли один член, с ним радуются все члены” (1 Кор. 12, 26).

“Умершие всегда пребывают с нами своим духом, и мы, живые, верой всегда можем видеть наших усопших и слышать их голос”. (Надгробное слово архиепископа Рижского Платона. “Странник”. 1864, февраль, с. 139.)

“Можно быть далеко и близко к умершему. Чем сильнее любовь к умершему, чем сильнее и наша молитва о нем, тем ближе и умерший к нам. Молитва веры до такой степени может приблизить к нам умершего, что мы сами почувствуем его приближение, почувствуем дыхание души его около нас. Во время молитвы преимущественно сердце подает весть”. (Протоиерея Родиона Путятина (+1869. – Ред.), поучение 263).

В притче о пропавшей овце Господь говорит о том, что святые Ангелы радуются на Небе о каждом кающемся грешнике (Лк. 15, 4 – 7, 10).

Евангелие повествует, что тотчас после смерти Иисусовой “многие тела усопших святых воскресли и, выйдя из гробов, по Воскресении Его, вошли во Святой Град и явились многим” (Мф. 27, 52 – 53).

“Спрашивается: что привлекло этих воскресших святых (говорю о собственном их движении духовном) во Святой Град и побудило явиться в нем многим? Не глубокое ли участие к бедному городу, не узнавшему своего и всемирного Избавителя Христа? Не стремление ли вошедших в радость Христова Воскресения отцов поделиться этой радостью, по возможности, и со своими живыми детьми? Так может быть сочувственно состояние отшедших в другую жизнь состоянию еще живущих. И таким образом, как мы, живущие, можем самой своей судьбой и деятельностью способствовать или препятствовать успокоению усопших, так и они, со своей стороны, своим состоянием и движениями, во свете Лица Божия, заботливо соучаствуют в нашей судьбе. И вот оба мира, Загробный и наш, земной, находятся во взаимной связи и живом соотношении (общении) между собой” (А. Бухарев. О упокоении и о духовном здравии живых, с. 62).

Но не одни только умершие совершенные, или святые, сочувствуют остающимся на земле грешным собратьям. “По Евангелию Христову, даже дух богача немилосердного, сый (пребывавший) в муках, и притом таких, что для него желанной и, однако, недоступной отрадой было бы хоть одно чувственное (физическое) прикосновение к нему омоченным пальцем или что-нибудь подобное тому в порядке и образе Загробной жизни, озабочивается судьбой своих еще живущих братьев, – жалобно умоляет Авраама послать к ним Лазаря с предостережением, чтобы и они (путем своей жизни и мысли, конечно) не пришли на то же место мучения (Лк. 16, 27 – 28). Положим, что жестокосердая душа богача умоляла об этом отчасти и по мрачному движению зависти к радостной судьбе Лазаря, и бесчеловечного желания ему продолжения земных его озлоблений – как с глубокой духовной проницательностью замечает святой Златоуст (в толковании этого места). Но, судя по ответу Авраамову прямо на его мольбу, никак нельзя вовсе отрицать в богаче немилосердном и действительного беспокойства его за своих братьев. Что же сказать теперь о душах добрых, любящих, всегда на земле бывших в озабоченности судьбой своих возлюбленных (родных и близких. – Ред.)?! (Там же, с. 60 – 61)

Вера (живых) спасает и живых, и умерших.

Совершенные по своей жизни умершие ходатайствуют о нас, живых, а мы, живые, молим Бога об умерших несовершенных, содержимых во аде. Так благоустроительно совершается наше спасение во Христе, Господе нашем, взявшем на Себя грехи всех верующих в Него, находящихся как в этой, земной, так и в Загробной жизни. Он – Бог и Спаситель всех верных Ему.