<-- header__menu -->

Поминовение усопших.

Несколько примеров спасительности молитв об умерших.

Дата публикации  Количество просмотров

Святой Григорий Двоеслов, Папа Римский, представляет замечательный пример действия молитвы и жертвоприношений за умершего, случившийся в его монастыре. “Один брат, – говорит он, – за нарушение обета нестяжания (бескорыстия, бедности) лишен был по смерти, в страх другим, церковного погребения и молитвы в течение 30 дней; а потом из сострадания к его душе, в продолжение следующих 30 дней, за него была приносима Бескровная Жертва с молитвой. В последний из этих дней усопший явился в видении оставшемуся в живых родному брату своему и сказал: “Доселе худо было мне, а теперь уже я благополучен, ибо сегодня получил приобщение ” (Беседы, книга 4-я, глава 55).

Тот же святой отец в беседах своих с диаконом Петром повествует о явлении одного умершего пресвитеру, которого он просил помочь ему молитвой о нем к Богу, и в заключение говорит: “Из сего видно, как полезно душам приношение Священной Жертвы, когда и сами духи (умерших) просят о том живущих и указывают на знаки, через кои они очищаются от грехов” (там же).

Блаженный кир (господин – с греч.) Лука рассказывает о самом себе, что когда умер родной его брат в крайнем небрежении (по отношению к вере и Церкви. – Ред.), он просил Бога открыть ему участь умершего. Стоя однажды на молитве, старец увидел душу брата своего в руках бесовских. Тогда он послал некоторых из братий осмотреть келлию умершего. Посланные нашли золото и дорогие вещи, которые старец приказал отнести в ближайший город и раздать бедным и нищим. Сделав это, старец опять стал молиться и увидел судилище Божие и Ангелов света, спорящих с бесами о душе его брата. Бесы вопияли: “Ты праведен, так суди же: душа наша, ибо она творила дела наши”. Ангелы говорили, что она избавлена милостыней, розданной за нее. Бесы противились и восклицали: “Да разве он раздал милостыню? Не сей ли старец?” Устрашенный подвижник отвечал: “Да, я сотворил милостыню, но не за себя, а за сию душу”. Тогда бесы исчезли, и видение кончилось (Пролог, августа 24-го [сентября 6-го. – Ред.] дня).

Преподобный Макарий Александрийский, обратившись с вопросом к сухому черепу, узнал важные истины, касающиеся состояния умерших. Он, между прочим, спросил: “Ужели вы никогда не чувствуете никакого утешения?” (Преподобный обычно совершал молитвы об усопших и желал знать, служат ли они к пользе.). Милосердствующий о душах Господь восхотел открыть это Своему угоднику и, чтобы уверить раба Своего, вдохнул в иссохший череп слова истины: “Когда, – ответствовал череп, – ты приносишь молитвы о мертвых, то мы чувствуем некое утешение” (Слово об усопших в вере).

Святая игумения Афанасия завещала сестрам своего монастыря, незадолго до своей кончины, творить нищим трапезу в течение сорока дней после ее смерти, в память о ней. Но сестры исполняли это завещание только в течение десяти дней, и такое забвение ее воли вызвало святую из другого мира. Явившись в сопровождении двух Ангелов некоторым из сестер, она сказала: “Для чего преступили вы заповедь мою? Да будет вам известно, что творимая до сорока дней за душу милостыня, питание алчущих (нуждающихся в пище и питии) и молитвы священников умилостивляют Бога: если души усопших грешны, то через это они получают от Господа отпущение грехов, а если безгрешны, то благотворительность за (ради) служит ко спасению благотворителям” (Четии-Минеи и Пролог, 12 (25) апреля).

Святая мученица Перпетуя во время общей молитвы в темнице нечаянно произнесла имя своего умершего брата Динократа. Вразумленная этой нечаянностью, она стала молиться о нем Богу и в следующую ночь удостоилась видения. Она видела брата выходящего из темного места, в сильном пламени, мучимого жестокой жаждой, нечистого видом и с раной на лице, с которой он умер. Между ним и святой мученицей была глубокая пропасть, так что ни не могли приблизиться друг к другу, а около того места, где стоял Динократ, был полный водоем (колодезь), край которого был намного выше его роста, почему брат ее никак не мог достать края водоема и напиться из него.

Из этого святая мученица поняла, что брат ее находится в муках, и с сильным воплем и слезами стала ежедневно молиться о его спасении. Вскоре она удостоилась второго видения: темное место, в котором находился ее брат, сделалось светлым, и брат ее, чистый лицом и в прекрасной одежде, наслаждался прохладой; где у него была рана, там остался только след ее; край водоема был только по пояс ему, и на краю водоема стояла полная золотая чаша, из которой он пил, и потом стал веселиться. Этим и кончилось видение, из чего святая Перпетуя поняла, что он освобожден от мук (“Деяния мучеников”, Рюикара. Изд. 1802 г., 3, гл. 7 8; Страдания святой Перпетуи).

Святой Иоанн Милостивый, Патриарх Александрийский, часто совершал Божественную Литургию об усопших и говорил, что она весьма много помогает душам их. В подтверждение этого он приводит следующий пример: “Один узник, за которого родители, считавшие его умершим, трижды в год совершали Божественную литургию – в дни Богоявления, Святой Пасхи и Святой Пятидесятницы, по освобождении из плена, явившись неожиданно к своим родителям, вспомнил, что в эти самые дни приходил к нему в темницу со светильником некий славный муж: оковы спадали с ног его и он делался свободным; в прочие же дни он опять содержим был в оковах, как узник” (Четии-Минеи, ноября 12-го (25-го) дня).

Святой Иоанн Дамаскин повествует о том, что “у одного из святых мужей был ученик, живший беспечно. Что же? Смерть настигла его в такой беспечности. Милосердный Отец Небесный, подвигнутый слезами и воплями старца, открыл (показал) ему того юношу горящим в пламени даже до выи (шеи), подобно немилосердному богачу, упоминаемому в притче о Лазаре. Когда же святой подверг себя строгим подвигам поста и молитвы, с крепким воплем умоляя Бога, то увидел его, объятого пламенем до пояса; наконец, когда святой муж присоединил болезни к болезням (то есть еще более усилил свою молитву), то Бог в видении явил его (юношу) старцу изъятым из пламени и совершенно свободным” (в Слове об усопших в вере).

Святой Григорий Двоеслов повествует о том, что во времена святого Венедикта (Нурсийского; V - VI вв. – Ред.) жили две постницы, имевшие несчастную привычку говорить много не на пользу ни себе, ни другим. Святой старец увещевал их оставить эту привычку и грозил за непослушание отлучением. Не исправившись, они умерли; однако они подлежали отлучению вследствие угрозы праведника; и хотя как постницы они были похоронены в церкви, но, как отлученные, не могли остаться в ней. Когда диакон возглашал “Оглашеннии, (“Оглашенными” в древней Церкви называли готовящихся ко Святому Крещению, получавших наставление (оглашение) в истинах веры Христовой и правилах христианской жизни. – Ред.) изыдите!”, они выходили из церкви, что было открыто многим из христиан. Узнав об этом, преподобный Венедикт послал в церковь, в которой они были погребены, просфору и повелел вынуть из нее часть о упокоении душ их и поминать их при совершении Христовых Таин. После этого никто из верных уже не видел их выходящими из церкви, посему из этого поняли, что вследствие заупокойных молитв Святой Церкви и жертвоприношений, преставльшиеся постницы получили от Бога прощение (Беседы святого Григория Двоеслова, книга 2-я, гл. 23).

Вот еще два примера весьма близких к нам по времени.

Один из афонских схимников (Схимник” – монах, воспринявший “схиму” (великую схиму, или “великий и Ангельский образ”) – так называется высшая степень монашества, соединенная с новыми, строжайшими обетами самоотвержения. – Ред.) открыл Святогорцу, (“Святогорцы” – монахи, иноки, подвизающиеся в обителях Святой Горы Афон (в Греции, на полуострове Агион Орос [греч. – Святая Гора]) - Ред.) известному отцу Серафиму, следующее:

“Причиной моего вступления в монашество было видение во сне загробной участи грешников. После двухмесячной болезни я пришел в сильное изнеможение. В этом состоянии я вижу двух юношей, вошедших но мне. Они взяли меня за руки и сказали: “Следуй за нами!” Я, не чувствуя болезни, встал, оглянулся на свою постель и увидел, что тело мое лежало спокойно на постели. Тогда-то я понял, что оставил земную жизнь и должен явиться в Загробный мир. В юношах я узнал Ангелов, с которыми и отправился. Мне показаны были огненные места мучений, я слышал там вопли страдальцев. Ангелы, показывая мне, за какой грех какое предназначается огненное место, добавили: если и ты не бросишь своих привычек к греховной жизни, то вот и твое место наказания!

Вслед за тем один из Ангелов восхитил (взял) из пламени одного человека, который был черен, как уголь, весь обгорел и с ног до головы был окован. Тогда оба Ангела приступили к страдальцу, сняли с него оковы, и вместе с ними мгновенно исчезла вся его чернота, он стал чист и светел, как Ангел; потом Ангелы облекли (облачили) его в блестящее одеяние, подобное свету.

“Что значит это изменение человека?” решили спросить Ангелов. “Эта грешная душа, – отвечали Ангелы, – была отлучена от Бога за свои грехи и должна была вечно гореть в этом пламени; между тем родители сей души много подавали милостыни, много делали поминовений за литургией, совершали панихиды. И вот, ради родительского ходатайства и по молитвам Церкви, Бог умилостивился, и грешной душе даровано совершенное прощение. Она избавлена вечного мучения и теперь предстанет перед Лицом своего Господа и будет радоваться со всеми Его святыми.

Когда видение кончилось, я пришел в себя и что же увидел? Вокруг меня стояли и плакали и готовили мое тело к погребению” (“Странник”, 1862 г., май).

В одном селе скоропостижно умер дьячок-старик. У него был сын - чиновник. Нечаянная смерть отца поразила сына. Загробная участь умершего не давала покоя доброму сыну почти в течение года. Зная, что в Божественной литургии самое важное время для поминовения умерших есть время пения “Тебе поем, Тебе благословим...”, печальный сын, находясь в это же время в церкви (это было в Духов День), с особым усердием стал молиться Богу о упокоении своего отца. И что же? В ночь на вторник он видит своего отца, который три раза поклонился ему до земли и при последнем поклоне сказал: “Благодарю тебя, сын мой” (“Странник”, 1864 г., декабрь).